Ссылки
:: E-mail













Статьи * info
  • Публикации | Статьи о музеях и произведениях искусства, посвящённых Зое и Шуре

    Инна Образцова «ДЕРЕВНЯ ОДНОГО ПОДВИГА»

    ДЕРЕВНЯ ОДНОГО ПОДВИГА

    Деревня Петрищево – остров среди болот. Но на редкость приличная проселочная дорога, отпочковавшись от Минского шоссе, упирается в «неокоттедженную» территорию. 80 дворов, расцвеченных осенней листвой. За обычным частоколом – бревенчатые избы, грядки с морковкой и деревья, усыпанные красными спелыми яблоками. Печальную известность этому месту принесла Великая Отечественная война. Здесь 62 года назад казнили московскую школьницу, разведчицу Зою Космодемьянскую. Ей – первой среди женщин за годы войны – присвоили звание Героя Советского Союза. Не за количество уничтоженной «боевой техники и живой силы» врага, а за стойкость, за то, что не выдала товарищей, за нечеловеческие муки, перенесенные на допросах. Момент казни увековечил фашистский объектив. Снимок с виселицей обошел все газеты.

    ЭКСКУРСИЯ


    Огромная фотография с этого негатива висит в петрищевском музее. Там нас встретили неласково. Оказывается, еще в 91-м «АиФ» пытались опорочить героиню, якобы выполнявшую секретное распоряжение Сталина о тактике «выжженной земли» в тылу фашистов. С тех пор, по мнению возмущенного экскурсовода, нашей газете экскурсовод не положен. Милостиво разрешили самостоятельно ознакомиться с экспозицией: «Свет сегодня, слава богу, есть. Можете походить». Вовремя подвернулась экскурсия школьников. Дети вели себя неадекватно обстановке: бегали вокруг памятника, смеялись не по теме. Что очень нервировало взрослых сопровождающих. Но в зале даже самые резвые вдруг прониклись и присмирели.
    Наиболее ценные экспонаты, конечно же, личные вещи Зои и Саши – ее младшего брата, геройски погибшего под Кёнигсбергом. Школьный дневник с оценкой «отлично», выставленной на уроке литературы. «Смотрите, они и по субботам учились!» − с ужасом перешептывались современные тинэйджеры. Под стеклом – похвальные грамоты, ручная вышивка, сочинение Зои «Илья Муромец – любимый богатырь земли русской»… Самый жуткий экспонат – деревянная скамейка, на которой пытали несчастную девушку. Бюсты и портреты… Кукрыниксы назвали свое полотно «Таня». Под этим именем Зоя погибла. Как ее любимая героиня времен Гражданской войны Таня Соломаха. Школьники долго крутились у макета партизанской землянки.
    Петрищевцы трепетно относятся к своей достопримечательности: к музею, к памяти Зои и Шуры. Но в помещении – приторный запах сырости. Полы прикрыты линолеумом, но чувствуется – под ногами труха. Это грибок ест здание. Особо устойчивый ко всем известным препаратам. Бороться с ним бесполезно. Поэтому принято кардинальное решение – к 60-летию Победы построить новое помещение для музея. 1,5 млн. рублей на эти цели обещали выделить областные власти.

    СВИДЕТЕЛИ

    «НЕ БУДУ я ничего говорить. Не умею давать интервью», − стесняется Юрий Николаевич. Сейчас ему – 68. Он живет на краю деревни. А на том самом снимке с виселицей шестилетний Юра Седов испуганно прижимается к своей бабушке. За все годы он сотни раз пересказывал трагедию, увиденную детскими глазами. Как Зою схватили фашисты по сигналу старосты Свиридова, жившего в соседнем доме и заметившего на снегу тень «поджигателя», скользящую к конюшне. Как юную «Таню» водили по домам и жестоко издевались на глазах у хозяев. Как на рассвете сгоняли всех жителей на казнь.

    Евгений Петрович Солнцев, которого мы застали в гостях у Юрия Николаевича, на три года младше товарища. Сам он, естественно, ничего не помнит. Но это его двоюродная бабка Федосья с палкой накинулась на искалеченную Зою, мстя за свой дом, сгоревший «по вине» диверсантов. В доме не было немцев, а остаться зимой без крыши над головой – смерти подобно. И бабку Федосью, и другую деревенскую бабу, которая пыталась выплеснуть ведро с помоями на бедную девушку за свое сгоревшее жилище, и старосту Свиридова увезли смершевцы, как только выбили немцев из Петрищева. Больше о них никто ничего не слышал. «Сгинули», − говорит Евгений Петрович. А троих детей старосты выслали в Норильск. Одна из сестер не так давно навещала родные края, но с ней никто из старых петрищевцев не общался.
    «Мы уцелели чудом. Во время отступления немцы жгли окрестные деревни. А Петрищево не успели. Только все до единого стекла выбили автоматами и печи, насколько смогли, перекорежили. Полагая, что жители сами вымерзнут в такие холода, − вспоминает Юрий Николаевич. – Зою, провисевшую на виселице «в назидание» больше месяца и изуродованную еще больше после смерти, похоронили под кривой березой. Только со второй попытки ее тело опознали и перезахоронили на Новодевичьем кладбище. А на месте первого захоронения установили плиту и свинцовый бюстик. После войны бюстик кто-то спер, скорее всего, на дробь». Чтобы найти вора, их, десятилетних мальчишек, заперли в избе-читальне и колотили палками.

    Если бы не было войны, Зое в сентябре могло исполниться 80. Трудно представить юбилей этой мужественной девочки, своими страданиями обессмертившей название обыкновенной деревни. Деревня и сейчас ничем не примечательна, кроме памяти об этой трагедии. Сегодня в Петрищеве (всего-то 70 км от Москвы) даже в музее нет телефона (кроме мобильных у тех сельчан, кто в состоянии их оплачивать). Свет с перебоями. Радио не работает: как провода перерубили лет двадцать назад, так и валяются на болоте. Пруды, любимое место отдыха старожилов, заросли. Но, судя по нашим знакомым, живут здесь хорошие люди, не испорченные большими запросами.

    Инна Образцова
    газета «Аргументы и факты», 2003 г.



  • :: E-mail


    © 1941-1942.
    © Разработка и web-design: студия "WEB-техника". Ссылки.